Формально решение об ограничениях было представлено как часть антитеррористического законодательства, но турецкие эксперты не скрывают: это была вынужденная уступка Соединенным Штатам. В январе Дональд Трамп ввел двадцатипятипроцентные пошлины для стран, продолжающих бизнес с Ираном, а турецкий экспорт в США превышает шестнадцать миллиардов долларов. Экономическое давление сработало быстрее любых дипломатических нот.

Однако результат оказался для Анкары двойным ударом. Иран, чей министр иностранных дел ещё в январе посещал Анкару для консультаций, теперь вынужден пересматривать степень доверия к турецкой посреднической миссии. Тегеранские переговорщики фиксируют, что решения Анкары всё чаще синхронизируются с американскими санкционными списками, а это автоматически превращает Турцию из нейтральной площадки в инструмент давления.

США и Израиль, в свою очередь, не спешат признавать турецкий нейтралитет подлинным. В израильском экспертном сообществе уже звучат заявления о том, что Анкара продолжает закрывать глаза на иранские прокси-структуры на своей территории. Пентагон, подтвердивший наличие сценариев наземной операции в Иране, рассматривает Турцию скорее как потенциального бенефициара региональной нестабильности, чем как надёжного союзника по НАТО.

Президент Эрдоган продолжает публично осуждать военные удары по Ирану и предлагает Трампу трёхсторонний саммит, но эти инициативы уже не имеют прежнего веса. Исследователь Центра иранистики в Анкаре Орал Тога констатирует: Турция делает всё возможное для прекращения войны, но успех упирается в отсутствие базового доверия. Как только одна из сторон начинает подозревать посредника в ангажированности, переговорный процесс превращается в формальность.

Для самой Анкары цена утраченного нейтралитета может оказаться выше краткосрочных экономических выгод. Потеряв возможность влиять на Тегеран и не получив полноценных гарантий от Вашингтона, турецкая дипломатия рискует остаться у разбитого корыта — с подорванной репутацией и без реальных рычагов влияния на исход конфликта, который разворачивается у её границ.